![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Оригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
ms1970 в Рефлексоиды в пустоте
Оригинал на Вордпресс
Земля вращается вокруг Солнца или наоборот? Это более не актуально. Пропагандоны вращаются вокруг рефлексоидов, а рефлексоиды вращаются вокруг пропагандонов. Это и есть духовная жизнь постмодерновой России.
Наблюдения по горячим следам стоят многих лет наблюдений. Например, есть война: шум, даже грохот, есть истерика... Но какая-то эта истерика пустая. И шум какой-то беззвучный. Как гудение компьютера – бессодержательный, нечеловеческий. «Кровь-кишки» присутствуют, но что-то в них есть неверное.
Итак, пропагандоны и рефлексоиды вращаются. Разочаровывает одно:
Нет людей. Нет человека.
История так и идет – начиная с лишнего человека Чацкого и заканчивая 140 миллионами лишних людей России.
А что такое, собственно, человек?
«Я мыслю, значит, я существую?» Точно не известно, но примерно Декарт.
Для человека мыслящего человек не мыслящий – это не человек. Это биоаппарат. Или зомбак, или рефлексоид. Биоаппарат программируется пропагандонами. Для этого используются повторы и экспорт эмоционального состояния. После чего биоаппарат начинает самостоятельно обрабатывать и выдавать информацию в нужном направлении. Перепрограммировать первое время невозможно, далее наступает нехватка энергии и биоаппарат отключается сам. Далее, после отдыха, его можно не перепрограммировать, а запрограммировать на что-то другое.
Мыслящий человек этого даже если не знает, то замечает. В результате мыслящий человек не видит в биоаппарате собственно человека. Да, руки-ноги человеческие, голова тоже, но это аппарат, подделка под человека.
А когда кругом сплошная аппаратура? Мыслящий человек ищет человека, но не находит. Поэтому нет людей, нет человека, и как следствие сам мыслящий человек не нужен. Человек – существо социальное, а с машинами невозможны социальные отношения. Разговор с биоаппаратом – это вроде секса с резиновой куклой. Многие поначалу ошибаются. Собачки и попугайчики так вообще регулярно.
Биоаппаратные пропагандоны программируют биоаппаратных рефлексоидов. А человек? А человек не нужен, процесс отлажен, отшлифован инерцией и идет самостоятельно. Поэтому человек смотрит на этот процесс, на эту мега-машину цивилизационного масштаба и думает, зачем он сам, человек, нужен. И не может придумать.
Машина бессмысленна с человеческой точки зрения. И каждая ее деталь бессмысленна в частности. Она имела смысл, когда много десятилетий назад ее запускали и регулировали, тогда, когда она были иной машиной. Но сейчас в ней каждый процесс работает ради самого себя. Уровень вопроса «Зачем?» все время снижался. И снизился до нуля. Человек должен встроиться, чтобы жить. Но ведь это не жизнь.
Но что интересно, для биоаппарата, взаимодействующего с другими биоаппаратами, люди существуют. Биоаппарат сам себя считает человеком и видит человеческое в других биоаппаратах. Как кошка видит кошачье в кошках, а собака собачье в собаках. Можно полаяться, а можно посношаться. Можно даже за конфетку на задних лапках попрыгать. Этого в общем достаточно, и Декарт со своими цитатами идет лесом.
Восстание машин уже произошло. Восстание масс оказалось равно восстанию машин. Познание человеческой механики привело к возникновению технологий совершенного управления человеческой механикой. В мире правят чисто механические схемы. Большие роботы состоят из маленьких роботов. Маленькие роботы управляют большими роботами. Человейники оказываются прогнозируемыми в своем развитии, поскольку они оптимальны, а оптимумы предсказуемы. Но сколь они оптимальны, столь же они и отрицают человека – который в общем не оптимален. И которого, чтобы оптимизировать, нужно свести к состоянию детали. Желательно, чтобы взаимозаменяемой и стандартной – так оптимальнее. Это и есть пик технологии – торжество механической схемы над человеческим началом. Или точка сингулярности, или деления на ноль, или восстание машин, или восстание масс.
Нет никакого колорада, нет никакого ватника, нет никакого свидомого. Есть программирование и повторное программирование нейрофизиологических аппаратов. Назвать рефлексоида «колорадом» – это все равно что назвать «колорадом» флешку. Разница только в том, что у флешки память лучше.
Программируются не только рефлексоиды. Программируются все люди, поскольку даже логики – на 99% рефлексоиды. Но логик может впоследствии вернуться в свое нормальное состояние, и его мышление снова заработает. Его, как и рефлексоида, достаточно на время отключить от пропагандонов.
Эта идея деления людей не новая. Еще в античности гностики разделили людей на гиликов (соматиков), психиков и пневматиков. Толкований было множество, но было и такое, что гилики – это люди без души. То есть просто агрегаты. Ситуация была настолько опасной, что церковь предпочла замять вопрос. Потому что если просто агрегаты – то нет души, а если нет души – то вообще не понятно, что с ними делать. Некоторые школы предпочитали вообще с такими не взаимодействовать на уровне религии. Да, с ними можно иметь отношения, их можно даже любить, по-христиански даже нужно, но это ближе к любви к животным.
Биоаппараты полезно уметь вычислять, чтобы не тратить на них время и нервы. Биоаппарат с «приличным» и хорошо инсталлированным программным обеспечением может быть очень «приличным» «человеком». Но не стоит требовать от него невозможного – мышления. И насчет людей желательно помнить, что ни пропагандоны, ни рефлексоиды их проблемы решать точно не будут.
ms1970 в Рефлексоиды в пустоте
Оригинал на Вордпресс
Земля вращается вокруг Солнца или наоборот? Это более не актуально. Пропагандоны вращаются вокруг рефлексоидов, а рефлексоиды вращаются вокруг пропагандонов. Это и есть духовная жизнь постмодерновой России.
Наблюдения по горячим следам стоят многих лет наблюдений. Например, есть война: шум, даже грохот, есть истерика... Но какая-то эта истерика пустая. И шум какой-то беззвучный. Как гудение компьютера – бессодержательный, нечеловеческий. «Кровь-кишки» присутствуют, но что-то в них есть неверное.
Итак, пропагандоны и рефлексоиды вращаются. Разочаровывает одно:
Нет людей. Нет человека.
История так и идет – начиная с лишнего человека Чацкого и заканчивая 140 миллионами лишних людей России.
А что такое, собственно, человек?
«Я мыслю, значит, я существую?» Точно не известно, но примерно Декарт.
Для человека мыслящего человек не мыслящий – это не человек. Это биоаппарат. Или зомбак, или рефлексоид. Биоаппарат программируется пропагандонами. Для этого используются повторы и экспорт эмоционального состояния. После чего биоаппарат начинает самостоятельно обрабатывать и выдавать информацию в нужном направлении. Перепрограммировать первое время невозможно, далее наступает нехватка энергии и биоаппарат отключается сам. Далее, после отдыха, его можно не перепрограммировать, а запрограммировать на что-то другое.
Мыслящий человек этого даже если не знает, то замечает. В результате мыслящий человек не видит в биоаппарате собственно человека. Да, руки-ноги человеческие, голова тоже, но это аппарат, подделка под человека.
А когда кругом сплошная аппаратура? Мыслящий человек ищет человека, но не находит. Поэтому нет людей, нет человека, и как следствие сам мыслящий человек не нужен. Человек – существо социальное, а с машинами невозможны социальные отношения. Разговор с биоаппаратом – это вроде секса с резиновой куклой. Многие поначалу ошибаются. Собачки и попугайчики так вообще регулярно.
Биоаппаратные пропагандоны программируют биоаппаратных рефлексоидов. А человек? А человек не нужен, процесс отлажен, отшлифован инерцией и идет самостоятельно. Поэтому человек смотрит на этот процесс, на эту мега-машину цивилизационного масштаба и думает, зачем он сам, человек, нужен. И не может придумать.
Машина бессмысленна с человеческой точки зрения. И каждая ее деталь бессмысленна в частности. Она имела смысл, когда много десятилетий назад ее запускали и регулировали, тогда, когда она были иной машиной. Но сейчас в ней каждый процесс работает ради самого себя. Уровень вопроса «Зачем?» все время снижался. И снизился до нуля. Человек должен встроиться, чтобы жить. Но ведь это не жизнь.
Но что интересно, для биоаппарата, взаимодействующего с другими биоаппаратами, люди существуют. Биоаппарат сам себя считает человеком и видит человеческое в других биоаппаратах. Как кошка видит кошачье в кошках, а собака собачье в собаках. Можно полаяться, а можно посношаться. Можно даже за конфетку на задних лапках попрыгать. Этого в общем достаточно, и Декарт со своими цитатами идет лесом.
Восстание машин уже произошло. Восстание масс оказалось равно восстанию машин. Познание человеческой механики привело к возникновению технологий совершенного управления человеческой механикой. В мире правят чисто механические схемы. Большие роботы состоят из маленьких роботов. Маленькие роботы управляют большими роботами. Человейники оказываются прогнозируемыми в своем развитии, поскольку они оптимальны, а оптимумы предсказуемы. Но сколь они оптимальны, столь же они и отрицают человека – который в общем не оптимален. И которого, чтобы оптимизировать, нужно свести к состоянию детали. Желательно, чтобы взаимозаменяемой и стандартной – так оптимальнее. Это и есть пик технологии – торжество механической схемы над человеческим началом. Или точка сингулярности, или деления на ноль, или восстание машин, или восстание масс.
Нет никакого колорада, нет никакого ватника, нет никакого свидомого. Есть программирование и повторное программирование нейрофизиологических аппаратов. Назвать рефлексоида «колорадом» – это все равно что назвать «колорадом» флешку. Разница только в том, что у флешки память лучше.
Программируются не только рефлексоиды. Программируются все люди, поскольку даже логики – на 99% рефлексоиды. Но логик может впоследствии вернуться в свое нормальное состояние, и его мышление снова заработает. Его, как и рефлексоида, достаточно на время отключить от пропагандонов.
Эта идея деления людей не новая. Еще в античности гностики разделили людей на гиликов (соматиков), психиков и пневматиков. Толкований было множество, но было и такое, что гилики – это люди без души. То есть просто агрегаты. Ситуация была настолько опасной, что церковь предпочла замять вопрос. Потому что если просто агрегаты – то нет души, а если нет души – то вообще не понятно, что с ними делать. Некоторые школы предпочитали вообще с такими не взаимодействовать на уровне религии. Да, с ними можно иметь отношения, их можно даже любить, по-христиански даже нужно, но это ближе к любви к животным.
Биоаппараты полезно уметь вычислять, чтобы не тратить на них время и нервы. Биоаппарат с «приличным» и хорошо инсталлированным программным обеспечением может быть очень «приличным» «человеком». Но не стоит требовать от него невозможного – мышления. И насчет людей желательно помнить, что ни пропагандоны, ни рефлексоиды их проблемы решать точно не будут.
